• Контакты
  • Карта сайта
  • На главную
Все лучшее рядом
Главная страница Главная » Статьи » Твои люди, Сормово » … А человек — живё...
ПечатьВерсия для печати

Статьи

Твои люди, Сормово

… А человек — живёт!

Увеличить

У меня хорошая зрительная память. Помню, что местность, где я родился, была очень красивая. Названия не помню. Помню свое имя и фамилию - Виктор Багинский. В моем свидетельстве о рождении записано: "Место рождения - неизвестно, отец - неизвестно, мать - неизвестно". Все неизвестно - а человек живет!

Беспризорники

Голод 1932-33 годов погнал людей в Москву со всей страны - с Украины, Поволжья, Сибири. Эта волна подхватила, понесла и меня. Было мне лет пять-шесть...

Помню разбитый товарный вагон. Все в одной куче - и дети, и взрослые. На каждой станции выносили трупы умерших от голода, укладывали на землю, закрывали брезентом, а обувь - у кого была - почему-то снимали...

Москва запружена беспризорными голодными детьми. Они жили своими стайками и делились на три касты. Первая каста - "урки", 9-10 лет и выше - должны были доставать еду любым способом, кроме "мокрого". Вторая каста - "сявки", 5-8 лет - занимались попрошайничеством. Третья каста - "босявки" или "желторотики", их кормили первые и вторые. Не помню, сколько времени я жил среди беспризорников. Однажды сильно заболел, мальчишки позвали людей, и меня увезли в больницу. Меня вылечили, и пошел я колесить по приемникам и детдомам. Москва, Балахна, и наконец в 1936 году - Сормовский детдом им. III Интернационала.

Спасённое детство

В конце 1918 года для детей-сирот в Сормове был организован детский дом им. III Интернационала, разместившийся в здании школы дореволюционной постройки (сейчас это дом № 39 на улице Щербакова, разрушенный и полусгоревший).

В 1934 году детдом был переведен в старое здание школы № 2 на Песках, где он находился до Великой Отечественной войны. В июле 1941 года здесь был организован детприемник, просуществовавший до 1987 года.

В начале 30-х годов из-за голода, охватившего многие районы СССР, увеличилась армия беспризорников. В Сормовском детдоме нашли приют более 100 воспитанников. Сюда попадали целыми семьями, братья и сестры.

Детдом по своему составу был многонациональным: русские, украинцы, белорусы, татары, чуваши, евреи, поляки, немцы Поволжья и т. д. В 1937 году поступили дети репрессированных родителей. Они стали равноправными членами нашего коллектива, ведь нам не были известны страшные политические игры взрослых.

В этом же году в детдом привезли 20 детей из Испании. Они жили обособленно, со своими воспитателями. После окончания войны в Испании их увезли на родину.

На каждого воспитателя приходилось более двадцати детей. Их любовь, самоотверженный труд, понимание всей тяжести нашего положения помогало нам забыть свое сиротство. Только потом, став взрослыми, мы смогли понять, какого напряжения душевных и физических сил требовала их работа. Некоторые не выдерживали такой нагрузки, рассчитывались.

Без искренней любви к детям невозможно было превратить детский дом в семью. У нас был замечательный коллектив воспитателей - А. Бычков, М. П. Плечиков, С. Земцов, Н. Л. Резник, М. Ф. Чаадаев, Е. И. Смирнова, Е. Кабина и директор детдома Дмитрий Иванович Порховиков. Остались в памяти воспитатель С. А. Горохова, молодая, с доброй душой девушка, но, когда надо, строгая и требовательная. Помню повара - старенькую тетю Мотю, кастеляншу тетю Клаву, конюха и завхоза Ф. С. Манахова.

Были сироты, но не было сиротства

Жили мы по своим законам - детей, живущих без родителей. Главный из них - никогда не вспоминать о своем прошлом.

Время занимали учеба, хозяйственные дела, игры. (Я же, кроме школы, с 1-го класса два года посещал занятия у врача-логопеда, так как не выговаривал 18 звуков). Воспитанники выполняли почти все хозяйственные работы. У нас было свое, хоть и маленькое, подсобное хозяйство - лошадь, свиньи, кролики, приблудилась собачка Орлик. Мы убирали помещения, пилили и кололи дрова, зимой топили печи в комнатах, а летом заготавливали сено для лошади. Ремонтом одежды занимались девочки, мальчишки ремонтировали обувь, подшивали валенки. Труд - лучший воспитатель. Хорошим средством воспитания стало и самоуправление с высшим органом - общим собранием, на котором обсуждались вопросы жизни детдомовцев.

В свободное время играли в подвижные игры - лапту, городки, "шармазло". Нынешние дети в такие игры не играют. Возле детдома была большая площадка - там мы играли в футбол до упаду. Мячик шили из тряпок или старой кожи.

Я не помню, чтобы кто-то из нас болел. С наступлением весны ходили в луга, собирали щавель, дикий лук, бурцовку - ели все. Летом выезжали в сельскую местность. Как мы радовались солнцу, чистому воздуху, речке, лесу с его грибами и ягодами!

Зимой - лыжи и коньки. Помню, как в 1936 году впервые было разрешено на Новый год устанавливать елки. Мы сами делали игрушки, наряжали елку, которая стояла в одной из комнат на первом этаже. Во второй комнате - царство Деда Мороза. Интересно и красиво!

В детдоме были организованы кружки - рисования, вышивания, кройки и шитья, художественной самодеятельности. Рисовать любили все, особенно мальчишки. Рисовали углем, делали деревянные рамки и устраивали выставки рисунков. Мы никогда не скучали, и сегодня детство вспоминается как самое веселое, наполненное интересными делами время.

Мы учились в школе № 117 на улице Свободы. В детдоме дети содержались до окончания семи классов, потом их устраивали на работу. Детям репрессированных родителей дали закончить 10 классов, ведь они поступили к нам уже старшеклассниками. В 1939 году наш детский дом посетил "черный ворон". Были арестованы воспитанники Збиневич и Гембальский и отправлены в лагерь. Мне известно, что во время войны они воевали в сформированной на территории СССР Польской армии. Гембальский погиб, а Збиневич дослужился до генерала, служил у маршала Рокоссовского.

В июне 41-го детство закончилось

В 1941 году мы окончили 5 классов. Нас построили и сказали: "Вы уже взрослые, надо освобождать место для эвакуированных детей". Нам дали свидетельства о рождении "с плюсом в 2 года". И пошли мы кто в завод, кто в "ремесёлку". С первого июля 1941 года мы стали рабочим классом, впервые прошли через главную проходную завода "Красное Сормово".

Судьба разбросала нас кого куда. Меня направили в ремесленное училище № 3 при заводе "Красное Сормово". Месяц на обучение - и на производство, работали по 8-12 часов в сутки. Ростом мы были малы, а потому сколачивали подставки, чтобы достать до тисков, дотянуться до станка. В 1942 году я был слесарем по сборке танков в цехе № 5, потом работал в арматурном.

После войны

С первых дней Великой Отечественной войны в армию были призваны все мужчины, работавшие в детдоме. Многие остались на полях сражений - под Курском и Сталинградом, пропали без вести, погибли при взятии Кенигсберга и Берлина. Среди них - пропавший без вести директор детского дома Д. И. Порховиков.

Но многие и вернулись. Работали, восстанавливали народное хозяйство, учились. Шура Слепова более 50 лет проработала формовщицей в фасонном цехе "Красного Сормова". Зоя Ракова была зенитчицей, после войны работала воспитателем в детдоме. Командир танкового взвода Григорий Назаровский прошел всю войну, работал механиком в автопарке. Федор Афилин воевал на Северном флоте, после войны окончил академию Генштаба, стал контр-адмиралом. Юра Шляпников преподавал в университете, кандидат химических наук. Обо всех, к сожалению, в газетной статье не расскажешь.

Мы - "государственные дети"

В Сормове к началу Великой Отечественной войны было 4 детдома: им. III Интернационала, дошкольный "Красная звездочка", им. Ленинского Комсомола (переведенный из верхней части города и разместившийся в здании нынешней музыкальной школы № 11) и детдом смешанного типа, для школьников и дошколят. Все 4 детдома с малышами были эвакуированы в Шахунский район. После войны сормовские детдома были возвращены из эвакуации. Было принято решение объединить их. В начале 50-х годов воспитанники въехали в новое здание на ул. Н. Рыбакова, директором детдома № 1 была утверждена Софья Алексеевна Горохова. Всю свою жизнь она посвятила воспитанию сирот. Сотни детей она вывела в люди, дала им путевки в жизнь. Труд воспитателей детдомов я бы назвал героическим.

Мне дважды довелось побывать в новом детдоме - в 1957-м и 1969 году, когда С. А. Горохову провожали на пенсию. Мы, бывшие воспитанники тридцатых годов, были удивлены, в каких замечательных условиях живут дети - это просто рай!

Наш детдом им. III Интернационала можно назвать пра-прадедушкой детдома № 1. Мы, "государственные дети", не были полными иждивенцами своего государства, оно спасло нас от смерти, от голода, но и мы по мере своих сил старались облегчить наше трудное положение, а став взрослыми, честно трудились на благо государства. Детдомовское воспитание приучило нас к труду, самостоятельности, готовности выполнить любую, самую трудную работу. И мы гордимся этим!

Виктор БАГИНСКИЙ

Об авторе

В 1946 году В. В. Багинский был призван в армию. В 1949 году окончил Рязанское военное автомобильное училище. Проходил службу в танковых и строительных войсках. В 1955 году был уволен из армии в связи с сокращением вооруженных сил. В том же году поступил слесарем в инструментальный цех завода "Красное Сормово". В 1962 году окончил вечернее отделение Горьковского политехнического института по специальности "Инженер-механик судовых силовых установок", работал в специальном конструкторском бюро, участвовал в строительстве подводных лодок.

С 1963 года до ухода на пенсию в 1986 году - заместитель начальника инструментального цеха. Сын Виктора Владимировича Михаил окончил военный факультет Горьковского медицинского института. Проходил службу в Афганистане и в Чечне, подполковник в отставке. Внук Виктор - курсант военного училища.

Источник: http://www.sormovich.nnov.ru
Наверх
    
Информационное наполнение
© 2008-2015 ООО «Регион-ИНФО»